95 лет со дня учреждения в русском зарубежье праздника День русской культуры

8 июня 2020 года — 95 лет со дня учреждения в русском зарубежье праздника День русской культуры (ДРК) (1925) — «единственного торжества, объединяющего все рассеяние, всю Зарубежную Россию и олицетворяющего его культурное единство» (П.Е.Ковалевский). Сама идея празднования ДРК зародилась еще в России «как идея национального объединения во имя культуры в самый разгар революции, на ее сотрясаемой и затопляемой русской почве» (Струве П.Б. Национальная культура и историческая память // День русской культуры (Белград). 1928. 4–10 июня).

Струве вместе с М.Родзянко, Н.Бердяевым и В.Шульгиным попытались осуществить эту идею, чтобы «среди великого разброда и распада, в единении с пробужденным и отрезвленным народом начать созидательную работу укрепления русской культуры и государственности в их неподдельной благородно-национальной форме» (Бердяев Н.А. Социальный кризис культуры // Новый град. 1932. № 3). По инициативе Струве в 1917 году в Петербурге была учреждена Лига русской культуры во главе с председателем VI Государственной думы М.Родзянко, однако началу ее деятельности помешали Октябрь 1917 года и Гражданская война.

Замысел же празднования Пушкинских дней возник в конце 1920 года у членов петроградского «Дома литераторов», куда входили Блок, Ахматова, Гумилев, Кузмин, Ходасевич и другие. Первое собрание состоялось в феврале 1921 года, чествование решено было приурочить ко дню смерти Пушкина, но тогда не получилось.

Однако после Гражданской войны, когда миллионы русских людей покинули родину, им на чужбине удалось воплотить эти замыслы в жизнь. Два праздника объединили в один всеобщий. Надеясь, что пребывание за границей — явление временное, они непременно хотели сохранить русский язык и русские обычаи для грядущего возвращения (тем более, что к середине 1920-х годов обнаружилось, что дети стали плохо говорить по-русски), а культура и язык, как считали они, — наиболее существенные признаки национальной идентичности народа.

Первыми начали отмечать ДРК русские в Эстонии, правда, назывался он День русского просвещения, но связан был с именем Пушкина, так как был приурочен к 125-летию со дня рождения поэта. 31 мая 1924 года в Печорах состоялось торжественное богослужение с крестным ходом, затем были праздничные представления, танцы на площади и игры для детей. Тогда же было предложено русской общественностью города сделать этот праздник общим для всей эмиграции.

В феврале 1925 года в Праге был составлен проект установления ежегодного ДРК, приуроченного к дню рождения Пушкина, а в марте того же года по предложению пражского Педагогического бюро и присоединившихся к нему Союза русских академических организаций, Объединения русских учительских организаций, Объединения русских студенческих организаций и Российского Земско-городского комитета помощи российским гражданам за границей (Земгора) и других учреждений составлено воззвание «К русским людям за рубежом». Его подготовили в количестве 1000 экземпляров, учредили комиссию, «широко рассылающую свои воззвания» (они публиковались в большинстве эмигрантских газет) и, наконец, определили дату праздника — «8 июня (26 мая по старому стилю) — день рождения Пушкина, более чем кто-либо наложившего печать своего творческого гения на язык русского народа» (Раев М. Россия за рубежом: история культуры русской эмиграции. 1919–1939. М.: Прогресс-академия, 1994). Предложение было принято всеми русскими организациями за рубежом.

В 1925 году ДРК отметили в 13 странах — Бельгии, Болгарии, Германии, Латвии, Литве, Польше, Турции, Финляндии, Франции, Чехословакии, Швейцарии, Эстонии, Югославии, в вольном городе Данциге и на Дальнем Востоке, а к началу 1930-х годов он проходил практически во всех странах проживания русских. Как писал М.Раев, «в русском зарубежье развился настоящий культ Пушкина». В 1926 году праздник уже отмечался на четырех континентах (Европа, Азия, Африка, Америка), в 72 больших и малых городах 20 государств. Профессор Спекторский писал: «Мы уходили в изгнание с пустыми руками, но полным сердцем. Нищие материально, мы были и остались богатыми духовно, ибо в наших сердцах и в наших умах хранились… неиссякаемые сокровища нашей национальной культуры» (цит. по: День русской культуры: Обзор празднования в 1926 году / сост. Н.А.Цуриков; изд. и ред. А.Л.Бем. Прага: Пед. бюро, 1927).

В 1926 году «в Праге торжество было устроено 7 июня в Сметановском зале, причем вступительное слово произнесла С.Панина; проф. А.Кизеветтер прочел доклад на тему “Москва и Россия”, а студенческий хор под управлением Александра Чеснокова пропел торжественную песнь, написанную специально для этого дня композитором» (Зайцев Б.К. День русской культуры // Зайцев Б.К. Святая Русь. М.: Русская книга, 2000).

А вот как описывал П.Е.Ковалевский ДРК, проходивший в Париже в том же году: «Торжественное собрание состоялось в Сорбонне, причем речи произнесли не только русские, но и французские профессора. Амфитеатр Ришелье был полон. Концерт состоялся в самом большом зале Парижа, старого дворца Трокадеро, вмещавшем свыше пяти тысяч человек, и он был заполнен до отказа. М.М.Федоров настоял, чтобы билеты были очень дешевыми (2, 3 и 5 франков) и чтобы неимущие могли присоединиться ко всеобщему торжеству русской культуры» (Ковалевский П.Е. Зарубежная Россия: история и культурно-просветительная работа русского зарубежья за полвека (1920–1970). Париж: Librairie des cinq continents, 1971). Программка концерта 8 июня 1926 года была нарисована И.Билибиным (обложка сохранялась для всех последующих ДРК). Председателем собрания был М.Федоров, сказавший вступительное слово. В программе были: квартет Н.Кедрова, хор Русской консерватории, игра на рояле С.Прокофьева, пение В.Браминова и Е.Германовой, чтение кн. С.Волконского и Е.Рощиной-Инсаровой. Однодневная газета «День русской культуры», вышедшая в Париже 8 июня 1926 года, была полностью посвящена Пушкину. Статьи в ней были написаны Д.Мережковским, М.Гофманом, Б.Зайцевым, В.Ходасевичем и другими известными литераторами. Объединяющим их стал мотив памяти.

В апреле 1927 года для координации работы местных комитетов был сформирован Центральный комитет ДРК. Председателем был избран В.Маклаков, генеральным секретарем — В.Зеелер. К 1927 году уже определились общие и особенные черты проведения праздника, которые зависели только от желания и финансовых возможностей его организаторов. Отмечался он в ближайший ко дню рождения Пушкина выходной день. Начинался, как всегда, с торжественного богослужения о благополучии России, исполнялся гимн страны проживания и гимн Российской империи «Коль славен наш Господь в Сионе…» и только потом следовали утренники и дневные спектакли для детей, гулянья, торжественные заседания, литературно-музыкальные вечера. Девизом ДРК стали слова: «Вспомните в этот день Россию и то, что было вам в ней самого дорогого».

К празднику выходили специальные выпуски газет и журналов для детей и взрослых, брошюры с программами ДРК, продавались открытки с изображением детей или русских писателей (как правило, они были выполнены художником Билибиным). И хотя изначально договаривались, что ДРК будет проводиться в день рождения Пушкина или в ближайший к нему воскресный день, на самом деле начиная с 1926 года он «растягивался», и даты его проведения варьировались от 6 до 24 июня. Несмотря на все усилия, Комитету так и не удалось добиться единой даты проведения ДРК в русском зарубежье. В Германии его проводили 6 июня, в Дании — 8 июня, в Бельгии — осенью. Даже не было единства внутри самих стран: в Эстонии, например, в сельской местности ДРК проходил в первое воскресенье июня, в Юрьеве и Ревеле — осенью. Иногда праздник длился несколько дней, например, в 1927 году в Париже его отмечали с 8 по 12 июня. Кроме того, праздник не обязательно назывался День русской культуры, а просто — Русский день, мог быть и посвященным юбилеям великих русских писателей, например, Гоголю или Тургеневу, или великим русским городам — Москве или Киеву.

В 1927 году в Берлине по инициативе Русского академического союза в нем приняли участие 40 различных русских объединений, в том числе Русский научный институт, Союз русских студентов, Союз русских инженеров, Союз журналистов и литераторов и другие организации. К этому дню была напечатана и специальная художественная программка с портретом Пушкина и отдельно изданным стихотворением В.Сирина-Набокова «Родина» («Бессмертное счастие наше Россией зовется в веках. Мы края не видели краше…»), написанное 8 июня 1927 года специально для ДРК.

В 1931 году в Харбине (Китай), где принимали участие гимназия ХСМЛ (YMCA), Дальневосточное объединение эмиграции, Казачий союз, Общество врачей, Торгово-промышленный союз, многочисленные земства и другие организации, газета «День русской культуры» от 8 июня 1931 года вышла с портретом Александра II, со словами Достоевского: «И нет ничего выше, ничего святее его дела во все тысячелетие России», и с молитвой о спасении державы российской и утолении в ней раздоров и нестроений (впервые была прочитана на Российском поместном соборе 1917 года).

В однодневных выпусках газеты «День русской культуры», как на Западе, так и на Востоке, специально публиковалась подробная информация о работе, русских предприятиях, деятельности русских гимназий, высших и средних русских учебных заведений.

В июне 1933 года парижская газета «Восход» писала: «Спасаясь из горящего дома, забирает человек с собой самое дорогое, святое, что дала нам родина: наши духовные сокровища. Только тут, вдали от Родины, по-настоящему поняли и оценили, каким богатством обладали…»

Ежегодные и повсеместные «дни русской культуры» подготовили эмиграцию к достойному чествованию 1937 года, когда в последний раз столь широко — выставками, концертами. юбилейными изданиями, торжественными речами — в 42 странах пяти частей света русская эмиграция отмечала 100-летие памяти великого Пушкина. «К середине 30-х годов политическая жизнь в эмиграции почти всюду замерла. После похищения генерала Кутепова боевитость бывших участников Белого движения притупилась. К тому же непроницаемость железного занавеса делала всякую прямую борьбу безнадежной. Потухали и политические споры, не вести же их до бесконечности. Ряд газет и журналов, за недостатком средств, закрылся (“Руль”, “Воля народа”). Все чаще раздавались голоса о призрачности и обреченности эмигрантского существования. Но на смену политике пришла культура. В 1933 году присуждение Нобелевской премии Бунину приподняло дух эмиграции, наконец замеченной и оцененной.

К юбилейному чествованию Пушкина эмигрантские круги готовились заранее и с особой тщательностью. За год до юбилея образовался в Париже Пушкинский комитет. Председателем его был избран все тот же В.А.Маклаков, товарищами председателя — Иван Бунин и Павел Милюков, секретарем — ученый-филолог Григорий Лозинский (брат знаменитого переводчика Данте, оставшегося в России). Парижский комитет организовывал не одно только чествование во Франции: по его инициативе и при поддержке возникло больше 150 местных Пушкинских комитетов, действовавших как в столицах и крупных городах, так и в захолустьях, где, часто на тяжелых работах, жили значительные группы эмигрантов. Парижский комитет высылал своим провинциальным и заграничным филиалам примерные программы чествования, необходимые литературные материалы, партитуры опер, ноты романсов.

Юбилейная деятельность была чрезвычайно разнообразна — от торжественных собраний до издания художественных произведений Пушкина. В частности, Комитет решил издать однотомник, одновременно безупречный по тексту и изящный по внешности, на тонкой “библейской” бумаге, такое издание, которое стало бы настольной книгой каждого русского... Юбилейный однотомник, под редакцией известного еще до революции пушкиноведа Модеста Гофмана, теперь стал библиографической редкостью» (Струве Н.А. Русская эмиграция и Пушкин (о праздновании «Дней русской культуры» в Русском Зарубежье) // Русскiй Мiръ. 2001. № 4. Статья написана в 1987 году).

Сердцем юбилея стал Париж, а самым незабываемым событием — уникальная выставка «Пушкин и его эпоха», устроенная С.Лифарем в зале Плейель на основании Дягилевской коллекции. На ней были представлены подлинные рукописи Пушкина, личная печать поэта, его письма к Наталье Николаевне (возвращены в Россию в 1989 году), пистолеты, привезенные для дуэли Дантесом, картины, мебель, фарфор, восстанавливающие домашнюю обстановку пушкинских лет. Прекрасную афишу о выставке нарисовал французский писатель Жан Кокто. Знаменитая «Комеди Франсез» дала концерт в честь пушкинского собрания в большом амфитеатре Сорбонны. Внимание французских властей было так велико, что русские эмигранты решились предложить переименовать в Пушкинскую одну из улиц вблизи храма Александра Невского для симметрии со здесь же расположенной улицей Петра Великого.

Дни русской культуры продолжались до Второй мировой войны и возобновились в 1947 году в Западной Европе и Америке, но праздновались уже довольно скромно. Председателем комитета по их устройству был вначале проф. А.А.Титов, а потом А.Л.Мищенко. 

 

Русская культура

                                                    Ольге Матвеевне Зметновой 

Русская культура — это наша детская 

С трепетной лампадой, с мамой дорогой. 

Русская культура — это молодецкая 

Тройка с колокольчиком, с расписной дугой. 

Русская культура — это сказки нянины, 

Песня колыбельная, горькая до слез. 

Русская культура — это разрумяненный, 

В рукавицах-варежках, Дедушка Мороз. 

Русская культура — это кисть Маковского, 

Мрамор Антокольского, Лермонтов и Даль, 

Терема и маковки, звон Кремля Московского, 

Музыки Чайковского сладкая печаль. 

Русская культура — это дали Невского 

В серо-белом сумраке северных ночей, 

Это — радость Пушкина, горечь Достоевского 

И стихов Жуковского радостный ручей. 

Русская культура — это все, чем славится 

Со времен Владимира наш народ большой: 

Это наша женщина — русская красавица, 

Это наша девушка с чистою душой. 

Русская культура — наша жизнь убогая 

С вечными надеждами, с замками во сне, 

Русская культура — это очень многое, 

Что не обретается ни в одной стране.

Автор стихотворения — Евгений Вадимов (настоящее имя поэта, писателя, критика: Георгий (Юрий) Ипполитович Лисовский).

В.Р.Зубова